"И, стало быть, люди были живы, тем более, что на коже у многих обнаружены как прижизненные травмы, так и полученные уже после смерти. Это легко определяется судмедэкспертами. Это были царапины, у одних уже коросты заживали. То есть получается, что люди получили травмы и еще жили какое-то время,
потому что короста образуется не сразу. "

Читать акты судебно-медицинского исследования — занятие, конечно, не для слабонервных, но в нашем случае без того не обойтись. Они все же дают более полную картину, нежели сжатое, краткое постановление о прекращении дела, в котором прокурор-криминалист Л.Иванов на мелкие царапины и ссадины на трупах даже не обращает внимания. А зря. Ведь одно дело, когда они получены в момент гибели, и другое — когда на них образовались коросты, ибо это означает, что они начинали заживать, а это, как вы понимаете, возможно только при жизни.
Про Рустема Слободина в протоколе следователя Иванова сказано лишь то, что, в отличие от его товарищей, которые имели многочисленные мелкие травмы, у него обнаружены крупная, длиной около 6 сантиметров и шириной до миллиметра, трещина черепа и посмертные расхождения височно-теменных швов — слева и справа. А в акте судебно-медицинского исследования трупа представлена несравненно более сложная картина: «В средней части лба мелкие ссадины буро-красного цвета пергаментной плотности, слегка вдавленные. Над ними — две царапины линейной формы под сухой бурой коркой длиной до 1,5 см, расположенные параллельно надбровным дугам на расстоянии 0,3 см друг от друга... В области верхнего века справа ссадина буро-красного цвета размером 1х0,5 см. В области ссадин и царапин на лице отмечается кровоизлияние в подлежащие мягкие ткани. Роговица мутная, радужка серовато-коричневого цвета, зрачки расширены... На спинке носа и в области верхушки носа мягкие ткани буро-красного цвета. На кончике носа участок мягких тканей под сухой буро-вишневой коркой размером 1,5х1 см. Рот открыт. Из отверстия носа следы выделения запекшейся крови».

Вот тут бы еще из протокола обследования места трагедии извлечь контрольную информацию: была ли где-то кровь на снегу или на одежде? Но нет о том ни слова. Ни в одном документе.

Читаем акт далее: «Правая половина лица несколько отечна, на ней множество мелких ссадин неправильной формы пергаментной плотности под сухой коркой, переходящих частично на подбородок. На левой половине лица мелкие ссадины такого же характера, среди них одна ссадина размером 1,2х0,4 см под сухой бурой коркой в области скулового бугра... На шее слева мелкие ссадины темно-красного цвета... В области пястно-фалангеальных суставов кистей осаднения выступающих частей мягких тканей размером 8х1,5 см, покрытых сухой пергаментной плотности коркой. По локтевому краю левой кисти участок осаднения буро-вишневого цвета пергаментной плотности размером 6х2 см...»

И вот какое заключение: «Повреждения получены при жизни, а также в агональном состоянии и посмертно».

Как видите, судмедэксперт Возрожденный все обнаруженные им патологии описывает с похвальной скрупулезностью. И тем не менее он, оказывается, допускает все же при этом очень существенную оплошность. Как объяснили мне специалисты областной прокуратуры, не положено сваливать в одну кучу прижизненные и посмертные травмы, следует писать конкретно: эти получены при жизни, а вот эти — после смерти. Ибо нередко за этим различием скрываются очень серьезные обстоятельства.

"Казалось бы, не так много фактов сообщила Чуркина в своем рассказе, а на самом деле говорят они о многом. Главное - кто и зачем транспортировал трупы? А что транспортировали, доказывается и другими материалами экспертиз. В уголовном деле не раз указывается, что на телах (почти на всех) были травмы, полученные как при жизни, так и после смерти. Как правило, это царапины. Как они могли появиться на мертвецах? Любопытен и другой момент: царапины были, а крови - нет! Тот же судмедэксперт Возрожденный при вскрытии трупов отмечал, что у некоторых имеются следы запекшейся крови в носу. Но почему только в носу? По мнению Чуркиной, трупы были обмыты, вот почему на них не было следов крови, хотя царапин на теле хватало. Правда, царапины эти уже имели вид корост, то есть начинали заживать. А если так, то есть основание полагать, что люди погибли не сразу, а спустя какое-то время после ЧП. Однако пищу при этом принимали одновременно - за 6-8 часов до смерти. При этом и погибнуть одновременно не могли, так как лишь трое имели серьезные травмы, остальные были целы, а раз так, то могли жить дольше."